Navigation – Plan du site
Articles

Dvorianskaia sobstvennost´ v Rossii 1700‑1762 gg.

Rodovaia struktura, dinamika, otsenka stabil´nosti razvitiia*
La propriété foncière nobiliaire en Russie de 1700 à 1762 : structure patrimoniale, dynamique, évolution
Noble landholding in Russia, 1700‑1762: Patrimonial structure, dynamics, evolution
Sergei V. Chernikov
p. 37-92

Résumés

Cet article étudie l’évolution de la propriété des nobles en Russie entre 1700 et 1762 sur la base des registres de fouages et des recensements de la population. Selon les calculs de l’auteur, 60 % des familles nobles n’étaient pas en mesure de conserver leur propriété et leurs serfs même sur deux à trois générations. En revanche, l’évolution du fonds patrimonial des 40 % restants, qui concentrait l’écrasante majorité des serfs (87‑94 %), était stable. L’analyse menée par l’auteur permet de conclure, pour la période étudiée, à une redistribution des terres au sein de la noblesse, les propriétés des familles les plus anciennes, celles dont les représentants avaient siégé à la Duma des bojare au xviie, passant entre les mains de nouvelles familles qui n’avaient accédé à l’élite dirigeante qu’à l’époque pétrine, voire postpétrine. Cependant, même vers le milieu du xviiie siècle et malgré un marché foncier nobiliaire très actif, l’ancienne élite réussit à conserver une position prépondérante en la matière. Compte tenu des changements majeurs qui affectèrent la vie du pays durant la première moitié du xviiie siècle – réformes pétroviennes, mobilité sociale plus élevée (y compris parmi les élites), supression des distributions locales comme expression du soutien des autorités à la noblesse –, on peut considérer que, globalement, la situation foncière était très stable. Les données présentées dans cet article sont également importantes pour évaluer les relations mutuelles entre l’élite dirigeante et le monarque. Dans de nombreux ouvrages, qui qualifiaient la Russie d’État de « despotique » ou de « patrimoniale », l’accent était porté sur les mécanismes « répressifs » du contrôle exercé sur les élites par le pouvoir absolu. L’analyse menée dans l’article tend à prouver que confiscations et gratifications ne jouaient qu’un rôle insignifiant et que la redistribution du fonds patrimonial s’effectuait, pour l’essentiel, par le biais de contrats d’achat‑vente ou d’hypothèque relevant du droit privé. Ainsi les formes « douces » de contrôle de l’élite se révélaient efficaces. La couronne n’avait même pas besoin de recourir à des moyens extraordinaires, la structure patrimoniale de la propriété évoluait naturellement, en fonction de la composition de la couche dirigeante.

Haut de page

Note de l'auteur

* Публикация подготовлена в рамках поддержанного РФФИ научного проекта № 16‑01‑00001(a).Выражаю свою признательность А.В. Белякову, А.Л. Грязнову, А.В. Сергееву, Д.А. Хитрову, П.В. Чеченкову, а также двум анонимным рецензентам за ценные предложения и замечания в ходе работы над текстом статьи.Основой для настоящей работы послужил доклад, сделанный автором на XXXV сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. По сравнению с ранее опубликованным текстом (Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 2016 год, М.–Уфа, 2016, с. 186‑197) статья существенно расширена, также в работу включены приложения и картографические материалы.

Extrait du texte

Cairn

Texte intégral disponible via abonnement/accès payant sur le portail Cairn. Le texte intégral en libre accès sera disponible à cette adresse en janvier 2022.
Consulter cet article

Plan

ПРИЛОЖЕНИЯ
1. Оценка репрезентативности и сопоставимости данных
1.1. Данные III ревизии
1.2. Сопоставимость данных 1700 г. и III ревизии
1.3. Данные III ревизии по Московской провинции
1.4. Включение однофамильцев в число « родственников ». Характер зависимости между количеством владельцев имений и размерами родовой собственности
2. Состав дворянских фамилий в 1700 г.(по данным о владельцах населенных имений)
3. Динамика родового душевладения в 1700‑1762 гг.(фамилии, существовавшие в 1700 г.)
4. Уровень имущественного неравенства в 1700‑1762 гг.(распределение собственности по децильным группам)
5. Перечни фамилий – крупнейших собственников в 1700‑1762 гг.
1700 г. Фамилия, группа – крестьянских дворов1 (душ мужского пола2)
III ревизияФамилия, группа – душ мужского пола
6. Распределение собственности дворянских фамилий по уездам, III ревизия
7. Размещение населения и дворянской собственности по III ревизии

Aperçu du texte

Известный немецкий экономист и этнограф барон Август фон Гакстгаузен, после путешествия в 1843 г. по России, писал :

<…> не думаю, что существует какая‑то крупная европейская страна, где стабильность собственности на землю была бы настолько низкой, как в России. <…> [Русский] дворянин не считает свое имение своим домом и у него нет ощущения общности с каким‑то определенным регионом. Он избавится от наследства сразу, как только увидит в этом выгоду. <…> В Москве г‑н С., умный человек с прекрасной репутацией, рассказывал мне, что он продал поместье, носившее его имя, и, что весьма редко бывает в России, принадлежавшее его роду на протяжении двухсот лет. Когда я упрекнул его за это, он ответил : « У нас нет такой привязанности к наследственной собственности, как в Западной Европе ».

На активную мобилизацию дворянских вотчин часто обращали внимание и другие исследователи, и точка зрения о неустойчивости развития землевладения в России довольно прочно утвердилась в литературе. Так, Е.П. Ка...

Haut de page

Pour citer cet article

Référence électronique

Sergei V. Chernikov, « Dvorianskaia sobstvennost´ v Rossii 1700‑1762 gg. », Cahiers du monde russe [En ligne], 59/1 | 2018, mis en ligne le 01 janvier 2020, Consulté le 14 novembre 2018. URL : http://journals.openedition.org/monderusse/10247 ; DOI : 10.4000/monderusse.10247

Haut de page

Auteur

Sergei V. Chernikov

Lipetsk State Technical University, zserg72@gmail.com

Haut de page

Droits d'auteur

© École des hautes études en sciences sociales, Paris.

Haut de page