• 1 Вестник Временного правительства, 1917, 13 (26) июня.
• 2 Революция 1917 г. началась в Международный женский день, когда в столице прошли крупные выступления (...)
• 3 К примеру, на демонстрации, организованной Лигой равноправия женщин 6 марта 1917 г. в Москве, среди (...)
• 4 Ю. Хаски, Российские адвокаты и советское государство. Происхождение и развитие советской адвокатур (...)
• 5 Керенский являлся ключевой фигурой крупных судебных политических процессов, защищал противников цар (...)
• 6 Журнал Министерства юстиции, 1917, № 2-3, с. 77.
• 7 Так, в марте революционного года совет в Москве получил 45 ходатайств от женщин о приеме их в адвок (...)

1Постановление Временного правительства 1 июня 1917 г. разрешило адвокатскую деятельность российским женщинам1. Принятию того акта непосредственно предшествовали революция, всплеск женской социальной активности, способствовавший свержению царизма2, начало складывания демократических общественных и политико-правовых отношений, одинаково благоприятных и для женщин, и для адвокатуры. Первые заявили притязания на самые широкие права и свободы, в том числе на адвокатский труд3, а новая власть, во многом опиравшаяся на судейскую самостоятельность и искавшая опору в социуме, демонстрировала склонность идти навстречу этим требованиям4. Неудивительно, что А.Ф. Керенский, адвокат из стана недоброжелателей самодержавия5, а после его падения – министр юстиции, уже 7 марта 1917 г. призвал советы присяжных поверенных – органы адвокатского самоуправления – впредь принимать россиянок в собственные ряды, назвав прежние для них запреты «глубоко несправедливыми»6. Своими же постановлениями советы живо откликнулись на данный призыв7.

• 8 Об этом, как следствии гендерного равенства, см.: С.Г. Айвазова, Русские женщины в лабиринте равноп (...)
• 9 О.А. Хасбулатова обусловливает гендерную политику господствующим в обществе и политическом истеблиш (...)
• 10 Под «сигналом» в русском языке кроме прочего понимается «предупреждение, сообщение о чем-то нежелат (...)
• 11 На это, в частности, указывается в фундаментальном труде М.Дж. Моссман о первых женщинах-адвокатах. (...)

2Таким образом, получение женщинами России права на адвокатский труд, подразумевая реализацию идеи равноправия полов и перераспределения между ними власти8, а также соответствующую гендерную политику9, обеспечивалось общими вызовами революционного процесса и коренным изменением баланса политических сил. Однако еще до падения империи стремление лиц женского пола проникнуть в адвокатуру подавало политические сигналы10, поскольку юридическая профессия непременно означает те или иные возможности толкования законов и доступности к рычагам государственного управления. Недаром, исторически путь женщин к адвокатской работе был сопряжен с борьбой за власть и принятие соответствующих достижению цели законодательных актов, встречая наибольшие, по сравнению с входом в ряд иных профессий, препятствия11.

• 12 Когда в 1912 и 1913 гг. законопроект о предоставлении женщинам права становиться присяжными поверен (...)
• 13 РГИА (Российский государственный исторический архив), ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 63.

3Появление отечественных женщин-адвокатов, хотя и не достигнув массовости, серьезно озадачило царского законодателя12, обсуждалось значительными политическими силами, стимулировав отдельные из них к развитию. Проблема женской адвокатуры очень волновала правительство, поскольку уступки по ее поводу неминуемо приводили к упомянутому перераспределению власти. Опасаясь такого сценария, к примеру, запиской 21 декабря 1909 г. министр юстиции И.Г. Щегловитов предупреждал премьер-министра П.А. Столыпина, что «законодательное разрешение вопроса о предоставлении лицам женского пола быть присяжными поверенными» грозило «предрешением… допущения лиц женского пола к общественно-государственной деятельности»13.

• 14 В. Стоюнин, «Воспитание русской женщины», Русский мир, 1859, 16 января.
• 15 Например, профессия гувернантки «значительно сократилась, так как от гувернантки стали требовать зн (...)

4Импульсом для покорения женщинами адвокатской профессии послужили преобразования эпохи Александра II. Они переформатировали государственную власть, между прочим, в пользу независимой юстиции, реализовали принцип формального юридического равенства и дали обществу свободы, спровоцировав перемены в традиционном укладе и кардинально освежив общественные-политические потребности. Неизбежно возникал вопрос о женской эмансипации в семье, социуме, государстве, отодвигая в прошлое времена, когда общество «не умело образовать женщину и дать ей разумное содержание для жизни», когда ее обучали лишь, чтобы она не зарекомендовала себя невеждой при выходе в свет, иначе «совсем бы ничему не учили»14. Сами женщины тянулись к образованию и освоению считавшихся ранее мужскими профессий, и даже традиционно женские рабочие специальности наполнялись новым содержанием и предъявляли обновленные требования15.

• 16 М.Л. Михайлов, «Джон Стюарт Милль об эмансипации женщин», Современник, 1860, № 11, с. 250.
• 17 I. Ward, C. McGlynn, «Women, Law and John Stuart Mill», Women’s History Review, 25 (2), 2016, p. 22 (...)
• 18 J. Berest, «The Reception of J.S. Mill’s Feminist Thought in Imperial Russia», Russian History, 43  (...)
• 19 С.С. Шашков, История русской женщины, СПб.: Тип. А.С. Суворина, 1879, с. 286.

5Подстегивали тягу к равноправию и распространявшиеся на планете феминистские увлечения, которые становились модными среди россиянок. Последние начинали «следить за движением к существенному преобразованию нынешних отношений между двумя полами» во всем мире16. Когда в Англии Д.С. Милль оформлял свои мысли о необходимости преобразования законов о женщинах, высказав их в знаменитой книге «Подчиненность женщины»17, сразу переведенной на русский язык и ставшей бестселлером в России18, здесь был принят акт, избавлявший общество от разнообразных зависимостей. Судебные уставы 1864 г. вводили одинаковое для всех правосудие и либеральный арсенал реформы юстиции в чем-то даже превосходил потенциал освобождения крестьян, пробудившего россиянок «от умственной спячки» и давшего им возможность «почувствовать позорность своего пассивного положения»19. Один дореволюционный юрист писал:

• 21 Н. Соколовский, «Современный быт русской женщины и судебная реформа. (Юридические заметки)», Женски (...)

6Женщины почувствовали вкус равноправия и потянулись к правосудию так активно, что иногда приходилось наблюдать на их стороне перевес количества поступавших к мировым судьям жалоб21. Вероятному же входу россиянок в адвокатскую профессию составили препятствие те самые уставы 1864 г. Они, передав монопольное право принятия в адвокатуру советам присяжных поверенных, не оговорили для тех пол адвоката. Правда, необходимость в этом отсутствовала, ведь требование к поверенным иметь высшее юридическое образование, недостижимое для женщин, само по себе закрывало им доступ к адвокатскому труду, ставшему по умолчанию исключительно мужским.

• 22 Под присяжными поверенными понимались полноправные адвокаты; в помощниках присяжных поверенных виде (...)
• 23 ПСЗ РИ (Полное собрание законов Российской империи), собр. II, т. 49, № 53573.
• 24 По сведениям Н. Павлова-Сильванского, после принятия данного закона женщины «стали домогаться в суд (...)
• 25 ПСЗ РИ, собр. II, т. 51, № 55455; Первый женский календарь на 1899 год, под ред. П.Н. Ариян, СПб.: (...)

7Между тем введенная уставами адвокатура (присяжные поверенные и их помощники)22 по закону 25 мая 1874 г. дополнялась институтом частных поверенных, к которым не предъявлялось никакого образовательного ценза23. Женщины сразу попытались использовать появившуюся возможность24, но 30 апреля 1875 г. последовал циркуляр министра юстиции К.И. Палена, запрещавший выдачу лицам женского пола свидетельств на право хождения частным образом по чужим делам. Однако Сенат после рассмотрения жалобы Е.Ф. Козьминой на Московскую судебную палату, не позволившую той сдавать экзамен на звание частного поверенного, определил циркуляр неправомерным. Коллизию разрешил закон 7 января 1876 г., который уже категорически запретил россиянкам частную адвокатуру25.

• 26 Там говорилось: «Воспретить прием женщин, даже и по найму, на канцелярские и другие должности во вс (...)
• 27 РГИА, ф. 1016, оп. 1, д. 211, л. 1-4 об.

8Данный законодательный акт прямо ссылался на пункт 5 Высочайшего повеления 14 января 1871 г.26, а тот, в свою очередь, имел основанием записку шефа III отделения Собственной Е.И.В. канцелярии П.А. Шувалова от 15 декабря 1870 г. по вопросу о допущении лиц женского пола на должности в общественные и правительственные учреждения. Высокопоставленный чиновник, обвиняя в нигилизме женщин, которые вступили на путь завоевания равных с мужчинами прав и заявили претензии на мужские профессии, посчитал своевременным ограничить сферу применения труда россиянок на поприще государственной службы. Иначе прогнозировались падение нравственности, разрушение «домашнего очага», развал семьи, урон материнству и проч. При этом определенно указывалось на опасность потери мужчинами господствующего положения. Так, Шувалова не устраивало, что «замен мужского труда женским в России не может быть сделан иначе, как в ущерб мужскому». Освоение же «рекомендованных» для женщин профессий – повивальных бабок, телеграфисток, воспитательниц – едва ли могло навредить мужским исключительности и власти27.

• 28 Б. Пиетров-Эннкер, «Новые люди» в России. Развитие женского движения от истоков до Октябрьской рево (...)

9В последующие два десятилетия после лишения россиянок возможности быть частными поверенными каких-то заметных подвижек в разрешении вопроса о женской адвокатуре в зоне действия уставов Александра II не произошло. Тем временем женщинам удавалось доказывать свои способности к юриспруденции. Достаточно упомянуть прославленную А.М. Евреинову, получившую степень доктора права в Лейпцигском университете и затем занимавшуюся в России юридическими исследованиями, получавшими признание правоведов: ее даже приняло в свои ряды Московское юридическое общество28.

• 29 О ее работе: М.В. Немытина, Суд в России: вторая половина XIX-начало ХХ веков, Саратов: СЮИ МВД РФ, (...)
• 30 Высочайше учрежденная комиссия для пересмотра законоположений по судебной части. Объяснительная зап (...)

10Конец столетия ознаменовался некоторыми разногласиями по вопросу о частной женской адвокатуре в «муравьевской» комиссии (по имени председателя министра юстиции Н.В. Муравьева), работавшей в 1894-1899 гг. и призванной пересмотреть Судебные уставы29. Большинство членов комиссии, обращаясь к указаниям и смыслу повеления 14 января 1871 г., высказалось за запрет для женщин частной адвокатской деятельности; но трое – А.Л. Боровиковский, Н.Н. Мясоедов и В.Д. Спасович – признавали «более справедливым, чтобы вопрос о допущении женщин в частные поверенные разрешался в каждом отдельном случае подлежащими судебными установлениями»30.

• 31 Подробно о женщинах-адвокатах указанных провинций см.: M. Korpiola, «Attempting to Advocate: Women (...)

11Похожий на предлагаемый тремя членами «муравьевской» комиссии порядок существовал в местностях за пределами распространения Судебных уставов. В Сибири и Княжестве Финляндском сформировалось два заметных очага женской адвокатуры, и оба оказались в регионах, имевших в позднеимперском политическом языке наименование «окраин», с судебными системами «прежнего» устройства (дореформенный суд Сибири) или «особенного» устройства (в Финляндии правосудие основывалось на шведских нормах). Этим и воспользовались некоторые женщины, видевшие себя адвокатами-профессионалами31.

• 32 Характеристика министра юстиции Д.Н. Набокова. РГИА, ф. 1405, оп. 69, д. 7107^д, л. 46.
• 33 ПСЗ РИ, собр. III, т. 5, № 2770; т. 16, № 12932.
• 34 И.Г. Адоньева, «Великая полуреформа»: преобразования судебной власти Западной Сибири в оценках мест (...)

12Сибирячки стремились развернуться на адвокатском поприще во «временный и переходный» для юстиции края период32 между двумя судебными реформами в сибирском крае: на основе закона 25 февраля 1885 г. в дореформенном судопроизводстве стали применяться начала состязательности, гласности, устности процесса, а закон 13 мая 1896 г. уже вводил здесь уставы Александра II в полном объеме33, и вопрос о женской адвокатуре потом развивался в общероссийском русле. После 1885 г. сложилась уникальная ситуация, когда судебное состязание потребовало участия поверенных-специалистов, но таковые почти совершенно отсутствовали. К примеру известно, что в Западной Сибири в указанный период постоянно трудился, пожалуй, лишь один более или менее квалифицированный адвокат – В.П. Картамышев34.

• 35 ГАКК (Государственный архив Красноярского края), ф. 42, оп. 1, д. 85, л. 28-28 об.

13Входя в сибирские суды в качестве поверенных, женщины восточной имперской окраины не создавали конкуренции мужчинам и не заявляли претензий на какую-либо власть, а потому их попытки освоить юридическую профессию не встречали особенных препятствий. Притом, судебная деятельность сибирских женщин-адвокатов видимо была настолько бурной, что местным учреждениям приходилось на нее реагировать. Так, 5 июля 1889 г. Енисейский губернский суд в Красноярске собрался, чтобы обсудить постоянные попытки сибирячек «выступать в качестве защитниц по уголовным делам», которые «в отдельных случаях осуществлялись даже практически»35.

• 36 Сибирский вестник, 1889, 14 мая; Судебная газета, 1889, 4 июня; Восточное обозрение, 1893, 7 мая; С (...)
• 37 ГАКК, ф. 42, оп. 1, д. 85, л. 28 об.-29.

14Действительно, женщины-адвокаты регулярно посещали сибирские суды, а наиболее заметными и успешными являлись М.П. Аршаулова, развернувшая деятельность в Томске, и В.Л. Кичеева, работавшая в Иркутске и Красноярске. В прессе писалось о симпатиях к женской адвокатуре председателя Томского губернского суда Е.Ю. Баршевского36, а также характерно, что Енисейский губернский суд, хотя в целом признал адвокатскую активность лиц женского пола ненормальной, не запретил ее полностью. В резолюции по данному поводу говорилось о необходимости «устранить» женщин из уголовного процесса, поскольку закон 25 февраля 1885 г. употреблял слово «защитник» в мужском роде, но ничего не было сказано о представительстве чужих интересов по гражданским делам37.

• 38 Петр Петрович Аршаулов: сборник материалов, сост. В.М. Костин, А.В. Яковенко; ред. С.С. Быкова, Том (...)
• 39 Восточное обозрение, 1893, 7 марта.

15Вместе с тем пример Аршауловой и Кичеевой только отчасти демонстрирует разрушение традиционных устоев. Названные женщины благодаря родственникам-мужчинам имели весомое положение в сибирском социуме и отличались близостью к власти, предположительно используя это для освоения адвокатского ремесла. Кроме родства с томским полицмейстером П.П. Аршауловым, первая значилась супругой высланного в Сибирь по громкому делу «червонных валетов» публициста и общественного деятеля князя В.А. Долгорукова38; мужем второй был столоначальник общего губернского управления39.

• 40 Albisetti, «Portia Ante Portas: Women and the Legal Profession in Europe, ca. 1870-1925», p. 837.
• 41 Korpiola, «Attempting to Advocate: Women Entering the Legal Profession in Finland, 1885-1915», p. 2 (...)
• 42 Hufvudstadsbladet, 1896, 14 ноября; H. Westermarck, «Kvinnorna och lagtolkningen», Nutid, 1896, № 1 (...)
• 43 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 452.

16Едва ли сибирячки продвинулись значительно дальше дозволенного патриархальными строем, чего не скажешь о женщинах-адвокатах Финляндии. Там занятие адвокатурой, в отличие от некоторых европейских стран и остальной России в границах действия Судебных уставов, не монополизировалось поверенными40, и в середине 1890-х гг. адвокатской практикой занималась С. Силен, которую пресса называла первой женщиной-адвокатом41. Примерно тогда же ходила в суд для ведения чужих дел А. Окессон (Åkesson)42, но об этой деятельности стало широко известно после решения судебной инстанции в Выборге, внезапно 27 октября 1896 г. запретившей женщине адвокатскую практику43.

• 44 Borgå Nya Tidning, 1896, 13 ноября; Östra Finland, 1896, 13 ноября; Päivälehti, 1896, 12 ноября; Ul (...)
• 45 «“Mies” vai “henkilö”», Koti ja yhteiskunta, 1896, № 12, s. 146-147.
• 46 Hufvudstadsbladet, 1897, 4 ноября; Östra Finland, 1897, 2 декабря.

17Юридическая норма, на которую ссылался выборгский суд, восходила к XVIII в., и ее трактовка в условиях изменившейся эпохи представлялась как минимум неоднозначной. Регламентация неким капитулом давних времен участия женщин в судопроизводстве стала темой газетных новостей44, вызвав жаркую дискуссию. Прессой обсуждалось, угодна ли женская адвокатура законам. Главным являлся вопрос, нашедший отражение в заголовке статьи одного феминистского журнала: только ли мужчинам законодательство разрешает быть поверенными в суде либо любому человеку45? Претендовавшая же на роль адвоката Окессон обратилась в финляндский Сенат, однако тот в 1897 г. подтвердил отказ, сформулированный ранее выборгским судом46.

• 47 A. Åkesson, «“Till tings”», Nutid, 1911, № 10, s. 317-321.

18Тем не менее положение женщин Финляндии благоприятствовало их старту в адвокатуре. В крае широкое распространение имели юридические фирмы, вероятно заинтересованные в эксплуатации женского труда как вполне квалифицированного для решения определенного рода задач, но требующего меньшую оплату. Силен и Окессон прежде, чем выступить адвокатами в суде, приобретали юридический опыт через работу в указанных фирмах. Последняя позже опубликовала очерк, скорее всего, автобиографического характера, в котором воссоздавала картину функционирования офиса такой конторы. Посетителей встречали три сотрудницы, одна из которых изображалась опытным юристом, и только затем клиенты имели возможность проконсультироваться с адвокатом-мужчиной47.

• 48 Абрамс, Формирование европейской женщины новой эпохи. 1789-1918, с. 243.
• 49 H. Silius, «Women Jurists in Finland at the Turn of the Century: Breakthrough or Intermezzo?», Wome (...)
• 50 А.В. Тавастшерна, «Реформа адвокатуры в Финляндии», Вестник права. Журнал Юридического общества при (...)

19В 1906 г. женщины Финляндии получили впервые в европейской истории избирательное право48, что помогало их притязаниям на адвокатскую деятельность и, вообще, на судебную власть. Тот же год ознаменовался появлением в регионе женщины, окончившей университет со степенью по юриспруденции. Ей была А. Лундель (Lundell)49. Положения готовившейся реформы адвокатуры княжества, казалось, также сулили выгоды лицам женского пола. Правовед А.В. Тавастшерна размышлял: «Что касается вопроса о дозволении женщинам заниматься адвокатурою, то в финляндском законопроекте, в противоположность русскому законодательству…, не имеется никаких в этом отношении ограничений»50.

• 51 Koti ja yhteiskunta, 1906, № 9, s. 99.
• 52 Наряду с Выборгским и Вазаским гофгерихтами вторая инстанция в финляндской судебной системе. Финлян (...)
• 53 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 454-455; Framtid, 1910, 29 апреля.
• 54 Финляндская газета, 1909, 3 (16) марта.

20Лундель входила в адвокатскую профессию достаточно уверенной поступью. Сразу по окончании вуза она заняла канцелярскую должность в отделении одного из департаментов Сената51, а в 1909 г. подала прошение в Абоский гофгерихт52 о принятии ее в аускультанты при данном учреждении. Удовлетворение просьбы могло стать прецедентом, предоставлявшим женщинам возможность судейской службы в принципе. Ходатайство рассматривалось 13 марта и, вызвав разногласия членов гофгерихта, тем не менее привело к положительному результату53. «Финляндская газета» по такому случаю дала комментарий: «Это едва ли не первая судебная должность, занятая женщиной»54.

• 55 Nutid, 1909, № 11, s. 440-441; Veckans krönika, 1909, 6 ноября.
• 56 Naisten ääni, 1909, № 21, s. 248-249; Nordisk damtidning. Profnummer, 1910, s. 1-2.
• 57 Korpiola, «Attempting to Advocate: Women Entering the Legal Profession in Finland, 1885-1915», p. 3 (...)
• 58 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 451.

21Уже осенью 1909 г. пресса получила повод отдать первенство Лундель и в женской адвокатуре55. В суде Хельсинки она добивалась справедливости по делу Т. Стрёмберг, незаконно и против собственной воли определенной врачами в дом для умалишенных. Репортеры тогда указывали на смелость женщины, отважившейся вести дело, от которого отказались мужчины-адвокаты по причине его безнадежности56. В дальнейшем женщине не удалось из-за препятствий судебных инстанций и Сената принести присягу в качестве судьи57, но на законных основаниях она по-прежнему выступала в роли адвоката. По крайней мере начальник сенатской Экспедиции юстиции Ф. Саарикоски письмом в канцелярию генерал-губернатора 25 января 1913 г. констатировал, что Лундель «продолжает фактически вести дела в некоторых низших судах, поскольку ей это разрешают»58.

• 59 См.: С.А. Красинская-Эльяшева, А.И. Рубашова-Зорохович, «Юридический факультет», Санкт-Петербургски (...)
• 60 РГИА, ф. 1276, оп. 2, д. 515, л. 8-10.
• 61 ПСЗ РИ, собр. III, т. 28, № 31104.
• 62 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 37, 62-63.

22Первая русская революция изменила характер политического строя России и открыла новые возможности для женщин. В частности, им постепенно становилось доступным высшее юридическое образование, то есть они приближались к выполнению главного условия для вступления в ряды присяжных поверенных. В 1906 г. на высших женских курсах разрешались юридические факультеты59, а университеты по своему почину произвели первые наборы вольнослушательниц60, которым 29 октября 1908 г., уже законодательно, было позволено окончить слушание курса на одинаковых с мужчинами основаниях61. Вместе с тем в порядке допущения к итоговым экзаменам в юридических испытательных комиссиях при университетах по всеподданнейшему докладу министра народного просвещения в 1904-1909 гг. стали дипломированными юристами 14 женщин (11 до этого окончили заграничные университеты)62. Убежденные, что преодолели последнее препятствие к вступлению в присяжную адвокатуру, некоторые из них отважились направиться с заявлениями о приеме в советы присяжных поверенных.

• 63 ЦГАМ (Центральный государственный архив г. Москвы), ф. 1697, оп. 1, д. 42, л. 258 об., 315 об.-316, (...)
• 64 Полностью доклад: Сорок второй отчет совета присяжных поверенных округа Московской судебной палаты (...)
• 65 ЦГАМ, ф. 1697, оп. 1, д. 42, л. 368 об.-369, 411 об.-412.
• 66 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 7-8.

237 марта 1908 г. в московский совет поступило прошение Я.С. Подгурской, а ее зачисление в помощники присяжных поверенных состоялось 21 мая. За обоснование такого решения был взят доклад члена совета П.Н. Малянтовича63, полагавшего, что лицам женского пола с высшим юридическим образованием уже ничего не мешает заниматься адвокатской деятельностью64. Следом, 19 июня и 3 сентября, совет принял в адвокатуру еще двух женщин – М.М. Гиршман и Л.А. Бубнову65. Но 20 октября 1908 г. Московская судебная палата признала данные постановления неверными и отменила их66.

• 67 Екатерина Абрамовна Флейшиц (в дореволюционных документах именовалась Гитель, Гитли, Гита) родилась (...)
• 68 ЦГИА СПб. (Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга), ф. 14, оп. 15. д. 2157 (...)
• 69 Утро России, 1909, 15 ноября.
• 70 Отчет совета присяжных поверенных при Санкт-Петербургской судебной палате за сорок четвертый год, С (...)
• 71 Подробные репортажи разных судебных хроникеров об этом процессе см., например: K. Энгер, «Первое вы (...)
• 72 [E.A. Флейшиц], «Из прошлого», Советская юстиция, 1958, № 3, с. 28.

24В столице подобным путем пошла Е.А. Флейшиц67, но продвинулась по нему на шаг дальше предшественниц – приняла участие в судебном заседании. Выпускницу Парижского университета68 с дипломом юриста еще и Санкт-Петербургского университета69, в октябре 1909 г. столичный совет присяжных поверенных произвел ее в помощники присяжного поверенного70, а уже 6 ноября на начинавшемся в Санкт-Петербургском окружном суде процессе она была среди защитников подсудимых71. Председатель Н.Н. Таганцев предложил обвинителю, товарищу прокурора Г.И. Ненарокомову, высказаться относительно права женщин вести уголовную защиту. Тот произнес продолжительную речь, вероятнее всего заранее и основательно подготовленную (на это указывалось и в прессе, и самой женщиной-адвокатом в своих воспоминаниях72), призванную доказать, что россиянкам закон не позволяет выступать защитниками. После совещания судебная коллегия все-таки приняла решение предоставить женщине право защищать обвиняемых, но на это прокурор отреагировал способом, ранее в России неизвестным – он покинул зал заседания, а рассмотрение дела пришлось отложить.

• 73 Отчет комиссии помощников присяжных поверенных округа Санкт-Петербургской судебной палаты за 1910 г (...)

25Характерно, что когда Санкт-Петербургская судебная палата предписала адвокатскому совету отменить постановление о принятии Флейшиц в число помощников присяжных поверенных, ее члены вспомнили повеление 14 января 1871 г. Хотя условия сильно изменились, мужская власть продолжала отбивать натиск лиц противоположного пола. Ссылаясь на «дух» дискриминационного акта почти сорокалетней давности и отсутствие специального закона, дозволявшего женщинам поступать в адвокатуру, чиновники посчитали невозможным разрешить это и сейчас73.

• 74 РГИА, ф. 1276, оп. 5, д. 115, л. 56-57 об.; ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 68-72.

26На фоне резонансного столичного инцидента осталась незамеченной попытка Л. Гинзбург стать адвокатом в Киеве. Там отсутствовал совет присяжных поверенных, и в таких случаях в адвокатуру принимали судебные инстанции. В сентябре 1909 г. женщина подала прошение в Киевский окружной суд, который на заседании 3 октября определил оставить ходатайство без удовлетворения (повеление 14 января 1871 г. снова послужило одним из аргументов). Гинзбург обратилась в Киевскую судебную палату с просьбой пересмотреть данное определение, а после отказа подала жалобу в Сенат, и тот 30 сентября 1910 г. подтвердил правильность принятых ранее судебными учреждениями постановлений74.

• 75 ПСЗ РИ, собр. III, т. 31, № 36226.
• 76 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 192 об.

27Таким образом, оба законных входа в присяжную адвокатуру – через отечественные советы поверенных и коронные суды – оказывались на практике для женщин закрытыми, что совершенно не соответствовало развитию ситуации в стране: количество претенденток на юридический труд резко увеличивалось. По закону 19 декабря 1911 г. россиянки допускались к экзаменам при университетах и после их успешной сдачи получали права, сходные с правами мужчин75, но уже до этого, еще на прежних основаниях, в 1909-1911 гг. университетские дипломы юриста получила 51 женщина76.

• 77 И.В. Гессен, «Адвокатура, общество и государство (1864-1914)», История русской адвокатуры, т. 1, по (...)
• 78 Шестой отчет совета присяжных поверенных округа Одесской судебной палаты за 1910 год, Одесса: Тип. (...)
• 79 Голос Москвы, 1910, 23 ноября; Красноярская мысль, 1910, 1 декабря.
• 80 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 138-138 об., 153-154.
• 81 Сорок четвертый отчет совета присяжных поверенных округа Московской судебной палаты за 1909-1910 го (...)
• 82 Исторический очерк деятельности совета присяжных поверенных округа Саратовской судебной палаты в пе (...)
• 83 Государственный исторический архив Омской области, ф. 190, оп. 1, д. 188, л. 37-50.
• 84 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 488-489 об.
• 85 Девятый отчет о деятельности совета присяжных поверенных округа Новочеркасской судебной палаты за 1 (...)

28Потому неудивительно, что, по словам знаменитого правоведа И.В. Гессена, тогда наблюдалось «настойчивое домогательство женщин-юристок о зачислении в помощники присяжных поверенных», и почти все советы были готовы удовлетворить просительниц, правда, безрезультатно77. Так, 20 ноября 1910 г. совет присяжных поверенных в Одессе произвел такое зачисление А.Г. Ярошевской78, которую пресса даже называла второй вслед за Флейшиц женщиной-адвокатом79. Но 22 декабря того же года по протесту прокурора А. Поллана Одесская судебная палата отменила данное решение80. Вообще, по стране прокатилась волна приемов лиц женского пола советами и отмены таких постановлений по прокурорским заявлениям: в Москве – Н.Л. Щербакова81, Саратове – И.Г. Пшеничная82, Омске – Л.П. Рушковская83, Казани – Л.А. Богородицкая, О.А. Вегер и М.А. Илговская84. В 1912 г. только новочеркасским советом двум женщинам – «Е.» и «А.» – было сразу отказано со ссылкой на решение Московской судебной палаты четырехгодовалой давности относительно зачисления Подгурской, Гиршман и Бубновой85.

• 86 Журнал Министерства юстиции, 1909, № 10, с. 45-48.

29Юридическим основанием отказа большинству перечисленных было сенатское решение 13 ноября 1909 г. Сенаторы тогда обсудили случившийся в столице неделей ранее инцидент с участием женщины в судебном заседании и постановили: «Определение Санкт-Петербургского окружного суда по XI отделению, состоявшееся 6 ноября 1909 г. по делу о Дубровском, Панфилове и Кацельнике о допущении Гитли Флейшиц к защите подсудимого Панфилова отменить»86.

• 88 Петербургская газета, 1911, 11 ноября; Право, 1911, 27 ноября.

31В ноябре 1911 г. думская Судебная комиссия большинством 19 голосов против пяти заявила о необходимости внести на рассмотрение думы законопроект о женской адвокатуре. Указывалось на недостаток в стране юридической помощи, а председатель комиссии адвокат Н.П. Шубинский подчеркивал, что если женщинам уже сейчас предоставляется право получать высшее юридическое образование, то нецелесообразно лишать их права применять свои познания на практике. Вопрос на данной стадии обсуждения вызвал существенные разногласия внутри фракций. К примеру, депутат от октябристов барон А.Ф. Мелендорф, обещая проголосовать за допуск лиц женского пола в адвокатскую профессию, в то же время рассказывал о неприятии законопроекта некоторыми однопартийцами88.

• 89 Государственная дума. Третий созыв. Стенографические отчеты 1912 г. Сессия пятая. Часть 3. Заседани (...)
• 90 Женский вестник, 1912, № 5-6, с. 128-129.

3213 и 16 марта 1912 г. при внесении этого предложения в думу шкала политического напряжения поднялась чрезвычайно высоко. Товарищ министра юстиции А.Н. Веревкин прямо заявил об отказе его ведомства заниматься разработкой соответствующего законопроекта, сделав предельно ясной позицию правительства. Вместе с тем в прениях неоднократно звучала мысль о негативных последствиях разрешения женской адвокатуры: ведь затем по логике вещей следовало предоставить женщинам возможность участвовать в осуществлении правосудия в качестве мировых судей, коронных судей, прокуроров, следователей, то есть поделиться с ними судебной властью89. Однако аргументы противников оказались не совсем убедительными. Корреспондент «Женского вестника» свидетельствовал, что подавляющее большинство депутатов выступили за желательность закона, против же высказались лишь «несколько правых, националисты» и один октябрист90.

• 91 Государственная дума. Третий созыв. Стенографические отчеты 1912 г. Сессия пятая. Часть 4. Заседани (...)

33Через два месяца, 23 и 24 мая, законопроект получил поддержку в думе. При этом мнения разделились так, что достаточно четко маркировали расстановку политических сил вообще. По этому поводу социал-демократ Е.П. Гегечкори в дискуссии заявил: «Против данного законопроекта высказываются все те, которых мы видим в лагере реакции». Особенно последовательным и непримиримым из депутатов врагом женщин-поверенных зарекомендовал себя лидер черносотенцев В.М. Пуришкевич. В связи с допуском лиц женского пола в практическую юриспруденцию он предрекал падение нравственности, «разложение государственного и государственную смерть», в конце концов, «ужас французской революции»91.

• 92 См.: В.А. Демин, Верхняя палата Российской империи. 1906-1917, М.: РОССПЭН, 2006, с. 249.
• 93 РГИА, ф. 1276, оп. 5, д. 115, л. 35-42 об.

34Впрочем, теперь разрешение женщинам адвокатуры зависело от голосования бюрократизированного по составу Государственного совета, являвшегося в российской парламентской системе консервативным противовесом либеральным порывам думы92. Но поначалу Комиссия законодательных предположений совета под председательством бывшего министра юстиции С.С. Манухина 8 декабря 1912 г. после доклада И.А. Шебеко, раскритиковавшего доводы противников вхождения женщин в ряды поверенных, все-таки решила дать дальнейший ход проекту93.

• 94 Московские ведомости. 1913. 24 января.
• 95 Государственный совет. Стенографические отчеты. 1912-1913 гг. Сессия восьмая. Заседания 1-51 (1 ноя (...)
• 96 С.М. Хлытчиева, «Воспоминания юристки первого выпуска», Санкт-Петербургские высшие женские (Бестуже (...)

35Заседания совета 23 и 24 января 1913 г. вызвали живейший интерес. По сообщению «Московских ведомостей», среди зрителей присутствовала «масса дам», а задавала тон обсуждению часовая речь ее недоброжелателя – Щегловитова94. Голосование оказалось неблагоприятным для женщин, желавших трудиться адвокатами95, и, похоже, предрешенным на высоте престола. По воспоминаниям одной из первых россиянок с университетским дипломом юриста С.М. Хлытчиевой, когда она и специально приехавшая из Москвы Бубнова добились аудиенции у председателя Государственного совета М.Г. Акимова, чтобы упросить того допустить россиянок к юридической деятельности, они услышали: «Государыня императрица против женской адвокатуры, и я дал ей слово, что этот законопроект будет отклонен Государственным советом»96.

• 97 РГИА, ф. 1405, оп. 531. д. 190, л. 460-487.

36В ноябре 1913 г. 38 депутатов IV Государственной думы выступили с инициативой принять закон о разрешении женщинам адвокатской деятельности, но сейчас этому почину непреодолимое противодействие оказал лично Щегловитов, наотрез отказавшийся возвращаться к вопросу, недавно решенному отрицательно в российском парламенте97.

• 98 А.Б. Миндлин, Государственная дума Российской империи и еврейский вопрос, СПб.: Алетейя, 2014, с. 4 (...)
• 99 Историк А.Я. Аврех писал, что «антисемитизм в третьеиюньский период достиг чудовищных размеров». А. (...)
• 100 Так, по закону 8 ноября 1889 г. «лица нехристианских вероисповеданий» (подразумевались иудеи) допус (...)
• 101 И.В. Гессен, «Влияние законодательства на положение женщин», Право, 1908, 21 декабря.

37Иудейское вероисповедание ряда первых женщин-адвокатов препятствовало входу в юридическую профессию. Оскорбительное слово «жид» прочно укоренилось тогда в парламентском языке98, и, в принципе, режим Третьеиюньской монархии отличался повышенной нетерпимостью к евреям99. Мужская еврейская адвокатура подвергалась всяческим нападкам100, а дискриминация относительно евреев и женщин имела немало общего. В речи на Первом Всероссийском женском съезде в декабре 1908 г. Гессен подчеркивал, что одинаково для иудеев и женщин «ограничить, воспретить, не допустить – такова основная мысль всего законодательства»101.

• 102 Земщина, 1909, 7 ноября.
• 103 Вече, 1909, 10 ноября.
• 104 М.И. Покровская, «Предрассудки в суде», Женский вестник, 1909, № 12, с. 263.

38Разумеется, попытки Флейшиц и некоторых других россиянок примкнуть к адвокатуре вызывали усиленное сопротивление антисемитских кругов. Особенно яростно на события 6 ноября 1909 г. отреагировала черносотенная пресса. «Земщина» на следующий день статьей «Скандал в окружном суде» убеждала читателей, что «натиск иудеев на русский суд оказался неудачным». При этом в традициях политической борьбы эпохи отмечалось, что еврейское засилье в судебном ведомстве – продукт кадетской партии, который усиленно дополнялся приглашением женщин в адвокатуру102. Газета «Вече» по следам судебного заседания в Санкт-Петербургском окружном суде восхищалась: «Жидовская идея сорвалась. Первый блин вышел комом. Можно только порадоваться от всей души»103. Лидер Женской прогрессивной партии М.И. Покровская, ознакомившись с откликами правой печати относительно «дела Флейшиц», пришла к заключению, что, вообще, «ее протест против адвокаток в значительной степени сводился к протесту против допущения в адвокатуру евреек»104.

• 105 Правда, 1913, 26 января.

39Правительство и Государственный совет опустили довольно плотный антисемитский занавес перед лицами женского пола, стремившимися в поверенные. «Среди будущих женщин-адвокатов имеется большой процент лиц иудейского вероисповедания, а, как известно, нет худшего врага у нашей бюрократии, чем эти злосчастные евреи», – констатировала «Правда» по итогам провального для женской адвокатуры голосования в верхней палате парламента105.

• 106 Государственная дума. Третий созыв. Стенографические отчеты 1912 г. Сессия пятая. Часть 3. Заседани (...)

40Прежде, уже на рассмотрении данного вопроса в Государственной думе 13 марта 1912 г., зерна антисемитских настроений пытался сеять Веревкин. Он поделился опасениями вероятного в будущем переизбытка евреек в судебных инстанциях в качестве адвокатов, подтверждая их тем фактом, что в Новороссийском университете за непродолжительный период к экзаменам в юридической испытательной комиссии было допущено 28 лиц женского пола, и все – иудейского вероисповедания. Но на этом же заседании ревностный противник женщин в адвокатуре представитель правого лагеря Ф.Ф. Тимошкин невзначай развеял страхи, указав на следующее обстоятельство. Буквально накануне, 12 марта, Сенат подтвердил норму, в соответствии с которой принятие в присяжные и частные поверенные лиц нехристианского вероисповедания происходило с разрешения министра юстиции, следовательно, тому ничего не препятствовало впредь регулировать численность «жидовок» (из лексикона депутата) в адвокатской корпорации106.

• 108 Государственный совет. Стенографические отчеты. 1912-1913 гг. Сессия восьмая. Заседания 1-51 (1 ноя (...)

42Впрочем, на тех заседаниях антисемитские спекуляции не получили заметного развития. Далее, в январской 1913 года полемике в Государственном совете, Щегловитов указал на наличие в России сотни женщин-юристов с университетскими дипломами, которым «весьма сильную окраску дают лица нехристианского вероисповедания». На это ему Шебеко напомнил, что в части допуска таковых к исполнению профессиональной деятельности именно от него, министра, зависит формирование контингента поверенных108.

• 109 См.: Р.С. Уортман, Властители и судии: Развитие правового сознания в императорской России, М.: Ново (...)
• 110 Н.В. Черкасова, Формирование и развитие адвокатуры в России. 60-80 годы XIX в., М.: Наука, 1987, с. (...)
• 111 Й. Баберовски в своей фундаментальной монографии о российском суде главу про дореволюционную адвока (...)

43Хотя решение запроса женщин на адвокатуру находилось в компетенции законодательных учреждений, в случае его удовлетворения россиянкам предстояло влиться в судейское сообщество, разделив с ним все проблемы развития. Судебная реформа 1864 г. создала независимую юстицию, внеся раскол в государственный организм. В дальнейшем администрация и суд противостояли друг другу, служители Фемиды страшились правительства, а то видело в судьях помеху своему политическому курсу, что скоро привело к «войне» самодержавия против собственной системы правосудия109. Слишком самостоятельной поначалу чувствовала себя адвокатская корпорация, в первые десятилетия существования объединявшая наиболее либеральную интеллигенцию и самых активных общественных деятелей110, нередко противостоявших верховной власти111.

• 112 К примеру, советский юрист М.А. Чельцов-Бебутов под «щегловитовщиной» понимал стремление уничтожить (...)
• 113 Понятие «щегловитовская юстиция» использует, в частности, современный исследователь К.П. Краковский (...)

44Когда женщины с юридическим образованием стали претендовать на звание поверенных, политическая обстановка складывалась для них неблагоприятно. Третьеиюньской системе в судебной сфере соответствовал особенный режим (его по фамилии и действиям министра называют иногда «щегловитовщина»112 или «щегловитовская юстиция»113), направленный на подчинение правосудия верховной власти и, в целом, угрожавший его независимости. В этой связи с вопросом о самостоятельности суда тесно переплелась проблема женской адвокатуры, по которой судейское сообщество позволяло себе неугодно для правительства высказываться или даже протестовать.

• 114 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 7 об.
• 115 Е.А. Гальперин-Гинзбург, Под знаменем права. Сборник статей, Берлин: Тип. Куммер и К^о, 1923, с. 41; (...)

45Примечательно, что до сенатского постановления по «делу Флейшиц» члены судебных палат, из инстанций системы правосудия наиболее подчиненных «щегловитовским» порядкам, отказывали женщинам-адвокатам отнюдь не категорически. 20 октября 1908 г. палата в Москве признала неправильными вердикты адвокатского совета о принятии в поверенные Подгурской, Гиршман и Бубновой большинством 17 против девяти голосов114. Когда Киевская судебная палата рассматривала жалобу Гинзбург на окружной суд, не допустивший ту в адвокаты, состоялись долгие прения и не хватило всего лишь одного голоса члена палаты для положительного для женщины решения115.

• 116 О такой угрозе в думе говорил октябрист С.В. Андронов, а в Государственном совете – Щегловитов. Гос (...)
• 117 Петербургская газета, 1909, 9 ноября.

46Ревностно, достаточно последовательно и единодушно поддерживали женскую адвокатуру присяжные поверенные. Если политики в парламенте рассуждали, в духе записки Шувалова, что женщины придут в адвокатскую профессию и создадут там нежелательное соперничество мужчинам-адвокатам116, то последние, однако, были готовы принять в свой состав лиц противоположного пола. «Двери открыты для свободной конкуренции, милости просим», – призывал потенциальных женщин-адвокатов после процесса с участием Флейшиц авторитетнейший поверенный Н.П. Карабчевский117.

• 118 Гессен, «Адвокатура, общество и государство (1864-1914)», с. 369-373.

47Для адвокатской корпорации впустить россиянок с высшим юридическим образованием в собственные ряды было принципиально важным. Запрет женщинам адвокатуры представлялся сомнительным с юридической точки зрения, но, вместе с тем, посягал на право советов присяжных поверенных включать по своему усмотрению в адвокаты лиц, удовлетворяющих требованиям закона. Вероятно, стремление сохранить автономию в имевшемся объеме толкало советы неоднократно, вразрез указаниям правительственных кругов, а также вопреки уже состоявшимся постановлениям судебных инстанций, включая высшую из них – Сенат, игнорировать данные установки и решения, что окрашивало проблему яркими политическими красками и наполняло первостепенным значением. Недаром, Гессен параграф своего тома знаменитой «Истории русской адвокатуры» с названием «Основные вопросы» начал именно с сюжета об отказе женщинам трудиться адвокатами118.

• 119 РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 190, л. 488-509.

48Используя запрет женской адвокатуры как очередной повод, адвокатские организации шли на открытую конфронтацию с властью. Особенно упорствовал Казанский совет присяжных поверенных, который, несмотря на отмену судебной палатой постановления о принятии в адвокаты Богородицкой, затем еще дважды принял такие же решения в отношении Вегер и Илговской. В результате члены совета понесли суровое для профессии наказание – были лишены возможности заниматься адвокатской практикой на срок от шести месяцев до года119.

• 120 Вестник права, 1915, 8 марта; Женский вестник, 1915, № 3, с. 79.
• 121 Петербургский курьер. 1914. 15 марта; РГИА, ф. 1405, оп. 531, д. 215, л. 3-16 об.
• 122 Многочисленные аргументы судей им самим казались безукоризненными. Между прочим говорилось, что опр (...)
• 123 См.: П.И. Люблинский, «Борьба с женской адвокатурой и уроки законности», Право, 1915, 24 мая. Харак (...)

49Известно два ярких случая, когда наперекор правительственному мнению и сенатскому решению по «делу Флейшиц» поступала мировая юстиция. В мае 1913 г. московский мировой судья С.А. Зилов допустил к защите по уголовному делу О.Е. Коновицер120, а в столице 10 марта 1914 г. другим мировым судьей было разрешено выступать по гражданскому делу А.А. Миропольской121. Узнав о таких вопиющих «нарушениях», прокурор Московского окружного суда по выступлению Коновицер и Щегловитов по участию Миропольской в судебном заседании предложили съездам мировых судей Москвы и Петрограда обсудить инциденты, подразумевая, разумеется, скрывавшуюся в них неправильность. Но на собраниях мировых судей обоих городов с общим количеством участников около сотни человек почти единогласно судейские решения признавались верными, что в тот момент могло означать сильное сопротивление «щегловитовскому» режиму122, каковой, в свою очередь, ответил очередным ударом по законности. Министр, не довольный определением съезда о действиях Зилова, внес его на рассмотрение Сената, а тот 14 января 1915 г. привлек судью к дисциплинарной ответственности123.

• 124 I. Iukina, «First-wave Women’s Movement: Result and Factor of Civil Society Formation in Russia», W (...)
• 125 О женщинах-адвокатах нередко упоминается в работах об организации борьбы российских женщин за равно (...)
• 126 Государственный архив Российской Федерации, ф. 579, оп. 1, д. 2448, л. 1. Вместе с Милюковым тогда (...)

50Становление гражданского общества в эпоху Великих реформ вызвало к жизни феминистское движение124, которому женщины-адвокаты со временем становились все более близкими. С одной стороны, как минимум поздние из них уже являлись продуктом распространявшихся идей феминизма, с другой, действия россиянок по входу в юридическую профессию подпитывали тех, кто бился за равноправие полов125. Ставки же в борьбе женщин за адвокатский труд были чрезвычайно высоки, о чем, в частности, писала 3 декабря 1911 г. лидеру кадетов П.Н. Милюкову председатель Российской лиги равноправия женщин П.Н. Шишкина-Явейн: «Недопущение женщин-юристок в ряды присяжной адвокатуры и выступать в качестве доверенных на суде является одним из самых несправедливых ограничений женских прав»126.

• 127 И.И. Юкина, Русский феминизм как вызов современности, СПб.: Алетейя, 2007, с. 217-436.
• 128 «Программа женской прогрессивной партии», Российские партии, союзы и лиги, сост. В. Иванович, СПб.: (...)
• 129 Биржевые ведомости, 1909, 8 ноября.

51Адвокатская профессия в случае ее освоения женщинами указывала им один из кратчайших путей к равенству с мужчинами, и на втором этапе развития феминистского движения в России, начавшемся в революционном 1905 г.127, появились политические силы, жизненно заинтересованные в положительном решении вопроса о женской адвокатуре. В частности, программа созданной в указанном году Женской прогрессивной партии содержала заявление об обязательности включения в состав отечественной юстиции женщин в качестве судей, адвокатов и присяжных заседателей128. На судебный процесс 6 ноября 1909 г. последовала мгновенная реакция со стороны петербургского клуба этой партии. Он поблагодарил М.К. Адамова, бывшего тогда в суде адвокатом и вступившегося за Флейшиц, а также судей, принявших решение о ее допуске к защите подсудимых129.

• 131 Хлытчиева, «Воспоминания юристки первого выпуска», с. 265.

53По воспоминаниям Хлытчиевой, действительно, как только она вместе с несколькими женщинами в 1911 г. окончила Санкт-Петербургский университет, выпускницам само собой сразу пришлось солидаризироваться вокруг вопроса о необходимости продвигать особенный закон о женской адвокатуре131.

• 132 Труды I-го Всероссийского женского съезда при Русском женском обществе в С.-Петербурге. 10-16 декаб (...)
• 133 Отчет о деятельности Российской лиги равноправия женщин за 1911 год, с. 23.

54Поскольку женщинам в стремлении к адвокатской профессии препятствовало правительство, речь шла об антиправительственной политической деятельности, для успеха в которой требовались соответствующие акции, стратегии, союзники и организация. Уже на женском съезде в декабре 1908 г. докладами «О праве женщин быть адвокатами» и «Влияние гражданского положения женщины на ее юридическую профессию» Гиршман и Бубнова, так сказать, от первого лица, сформулировали перед феминистским движением проблему132. Структурой специально для содействия решению вопроса являлся Юридический отдел Российской лиги равноправия женщин, созданный 25 сентября 1911 г. «Проведение в законодательных учреждениях законопроекта о женской адвокатуре» заявлялось его «ближайшей задачей»133.

• 134 Отчет о деятельности Российской лиги равноправия женщин за 1913 год, СПб.: Тип. «Виктория», 1914, с (...)
• 135 Женский вестник, 1913, № 5-6, с. 150.
• 136 Ее дипломное сочинение называлось «Опасный преступник и меры борьбы с ним». ЦГИА СПб., ф. 14, оп. 8 (...)
• 137 Отчет по Обществу петроградских женщин-юристов за 1914 год, Пг.: Тип. Имп. Ник. воен. акад., 1915, (...)

55В 1913 г. сотрудницы отдела договорились о самостоятельной деятельности и образовали Общество петербургских женщин-юристов, по сути, феминистское134. 2 апреля состоялось учредительное собрание общества, где его членами записались 55 человек, включая особых членов-«соревнователей», например, выдающихся профессоров-правоведов М.Я. Пергамента и П.И. Люблинского135. Организация возглавлялась выпускницей Санкт-Петербургского университета А.И. Бахтеревой, занимавшейся уголовным правом136, и имела в своем составе несколько женщин, пробовавших вступить в адвокатуру: Флейшиц (входила в правление), Пшеничную и Миропольскую137.

• 138 К примеру, резко возросло количество лиц женского пола в качестве работниц юридических консультаций (...)
• 139 Меморандум от Общества петроградских женщин-юристов, СПб.: Тип. «Родник», 1916, с. 1-2.

56С деятельностью общества связаны применение научного подхода к изучению положения женщин-юристов и последние попытки призвать политиков поздней империи к решению вопроса о женской адвокатуре. Благодаря в первую очередь Бахтеревой было проведено два анкетирования, и выяснилось следующее. К концу 1915 г. в России численность лиц женского пола с юридическим образованием достигла внушительной цифры – около 400, а в связи с началом мировой войны увеличилась востребованность женщин-адвокатов138. Полученные сведения приводили к убеждению о своевременности разрешения им адвокатской деятельности наравне с мужчинами, и в 1916 г. общество обратилось к парламентариям со специальным меморандумом. Доказывалось, с одной стороны, что мобилизация лишила адвокатуру значительной доли мужской рабочей силы, с другой, что женщины своим трудом на юридической стезе зарекомендовали себя вполне способными к адвокатской профессии139.

• 140 Государственный совет. Стенографические отчеты. 1912-1913 гг. Сессия восьмая. Заседания 1-51 (1 ноя (...)

57Впрочем, предоставлять лицам женского пола ключ к власти путем разрешения им адвокатской практики из-за роста феминистской активности принципиально не отвечало видам правительства. «Равноправие, само по себе, прекрасный призыв, но только не там, где природа установила естественные преграды», – афоризмом подводил итог своему выступлению против законопроекта о допуске женщин в адвокатуру 23 января 1913 г. Щегловитов140. Подобная риторика лишний раз подтверждала, что принятие данного закона грозило существенными подвижками в гендерном равновесии, желанными с точки зрения осуществления феминистских планов и разрушительными для традиционных отношений полов.

• 141 [Флейшиц], «Из прошлого», с. 28.
• 142 Биржевые ведомости, 1909, 10 ноября.
• 143 Государственная дума. Третий созыв. Стенографические отчеты 1912 г. Сессия пятая. Часть 3. Заседани (...)
• 144 Государственный совет. Стенографические отчеты. 1912-1913 гг. Сессия восьмая. Заседания 1-51 (1 ноя (...)

58Тем не менее боязнь феминизма вызвала в правительстве замешательство. «“Устои” в опасности»! – так, по воспоминаниям Флейшиц, отреагировал Щегловитов, узнав о ее назначении защищать подсудимых141. Выходку Ненарокомова, еще не ведая об отрицательных последствиях случившегося, «Биржевые ведомости» назвали «полусмешным антифеминистским протестом»142. Натиск антифеминизма на женскую адвокатуру был предсказуем, и самые первые слова в Государственной думе по ее обсуждению предназначались ослабить неизбежное напряжение. К.К. Черносвитов, вносивший законопроект, заранее призвал противников женского равноправия не волноваться, поскольку инициатива «отнюдь не поднимала женского вопроса»143. В аналогичной ситуации, при внесении того же законопроекта в Государственный совет, Шебеко заявил, что законодательной инициативе «не следует навязывать ярлыка феминизма». Но именно это сделал выступавший после него министр юстиции, сказав о нежелательности «дело правосудия подчинять требованиям феминизма», поскольку, по его мнению, через адвокатуру женщины прокладывали «путь для завоевания политических прав»144.

• 145 Пиетров-Эннкер, «Новые люди» в России. Развитие женского движения от истоков до Октябрьской революц (...)
• 146 К 1 ноября 1913 г. в стране насчитывалось 42399 железнодорожниц. В.А. Сердюк, «Забытый персонал»: ж (...)
• 147 Б.Н. Миронов, Российская модернизация и революция, СПб.: Дмитрий Буланин, 2019, с. 210.

59В конце царской эпохи гендерная структура занятости существенно преобразилась, и в некоторых сферах труда женщины закрепились основательно. К примеру, в 1911 г. контингент государственных сельских школ составляли более 60 тыс. учителей, и 62% из них приходилось на лиц женского пола145. Им также разрешались и покорялись физически трудные работы. В частности, осваивая с 1860-х гг. железнодорожные специальности, россиянки в начале ХХ в. десятками тысяч служили дежурными по станциям, укладчицами и засыпщицами шпал и рельсов, истопниками вагонов, кочегарами, багажными грузчиками и т.д., мало отставая от мужчин в тяжести переносимых нагрузок146. Вообще, в промышленности к началу 1917 г. доля работниц достигла 40% от всей армии рабочего класса147.

• 148 Юридический отдел в 1911 г. создавался при Российской лиге равноправия женщин, специально фокусиров (...)
• 149 Так, фракция октябристов, как будто проправительственная, 24 мая 1912 г. голосовала за законопроект (...)

63Не идя навстречу женщинам, желавшим адвокатской практики, царизм усложнял собственное положение и становился еще более уязвимым, терял союзников и продолжал приобретать врагов. К последним неизбежно примыкали напрасно воображавшие себя адвокатами лица женского пола, придававшие дополнительные силы и суфражистские оттенки феминизму148; указанный запрет служил для юстиции и адвокатской корпорации сигналом для усиления борьбы за свою независимость; даже близкие правительству правые силы расходились с ним во взглядах на рассматриваемую проблему, обвиняя то в недальновидности149.